Говорящие Головычастные мнения свободных людей
Галина Филимонова
Журналист
Татьяна Виноградова
Краевед, искусствовед, профессор кафедры ЮНЕСКО ННГАСУ

«Месту памяти» изменить нельзя

записано 2011.10.01 | опубликовано 2011.10.18

В 2010 году Нижегородский региональный общественный фонд деятелей культуры«Дать Понять» реализовал проект «Места памяти», цель которого – формирование историко-культурной карты Нижегородской области. В рамках проекта были организованы экспедиции, выпущен буклет-путеводитель и собранные материалы размещены на сайте фонда (http://www.gttp.ru).

В диалоге руководителя проекта, президента фонда «Дать Понять» Галины Филимоновой и краеведа, профессора Нижегородского государственного архитектурно-строительного университета Татьяны Виноградовой обсуждаются вопросы поиска и сохранения «мест памяти», доступа и привлечения к ним внимания общества. В числе таких мест – уникальные строительные конструкции великого инженера ХХ века Владимира Григорьевича Шухова, многие из которых были впервые воплощены в Нижнем Новгороде и в Выксе (Нижегородская обл.).

Редакция благодарна за бесценную помощь в организации цикла «Гоголь в Нижнем» Анне Марковне Гор, директору  Нижегородского филиала Государственного центра современного искусства России.

Текст

Галина Филимонова:

- Пользуясь случаем, хотелось бы поблагодарить Татьяну Павловну Виноградову за то, что, Татьяна Павловна, Вы принимаете участие в наших экспедициях и благодаря Вам нам удается проникать в такие места, куда без Вас нас вряд ли пустили бы. В частности, я говорю о Выксунском металлургическом заводе. Вспомните 2008 год, когда мы организовывали экспедицию к объектам Шуховского наследия, и фонд «Дать Понять» (и я в том числе) пытались договориться с владельцами завода о том, что приедут журналисты, фотографы, архитекторы с целью посмотреть объекты. Несмотря на то, что мы ссылались на законодательство РФ и цитировали Лихачёва, говорили о том, что каждый человек должен иметь доступ к объектам культурного наследия, но нас очень долго не пускали. Два или три месяца мы писали письма, запросы, просьбы, объясняли, зачем нам это нужно и т.д. И тогда посоветовали коллеги сделать ход конём, пригласив в качестве эксперта Татьяну Павловну Виноградову.

Татьяна Виноградова:

- Вы мне очень милы. Я очень ценю всё то, что Вы делаете. Ваш проект потрясающий. Я думаю, что у Вас будет возможность, и Вы будете говорить сегодня о нём. Ваш проект очень открытый, он очень демократичный. Я думаю, Галя, о том, что ведь очень часто принимаются решения ошибочные, которые потом больно отзываются. Потому что люди, которые принимают решение, не очень (я боюсь кого-то обидеть) хорошо профессионально образованы в той области, в которой они принимают решения. Согласитесь, что бывает так. И вот Ваш проект он потрясающе (эту проблему решает). Что меня в нём привлекает? По своей натуре, я сама – просветитель. Мне всё время хочется рассказывать тем, кому это интересно, потому что открылась такая потрясающая бездна в нашей истории, очень позитивная, очень интересная. Мне хочется, чтобы это входило в нашу сегодняшнюю жизнь. И причем это интересно не просто как какие-то события, а они очень важны, они могут сегодня нам помогать и принимать решения, и осознавать себя в нашей жизни, поэтому мне очень хочется об этом говорить. И вот Ваш проект даёт возможность привлекать очень широкую аудиторию, потому что Вы работаете очень широко – через интернет. Фактически это очень открытый, неограниченный доступ, и он очень позитивный, очень важный.

Галина Филимонова:

- Когда мы думали о концепции проекта, уже были пешеходные прогулки, уже были поездки, совершали всевозможные джип-клубы экспедиции. Но нам хотелось простроить такой проект, который давал бы максимальную отдачу для людей, чтобы впоследствии они смогли бы пройти по этому же маршруту или прочитать в свободном доступе в любое удобное для них время ту информацию, которую мы в ходе поездок собрали. А это определенная трудность, определенная сложность. Практически в любом месте, где мы побывали, очень сложно, скажем так, «сосканировать» эту информацию. Когда мы подходим к объекту, допустим, к памятнику культуры XIX века (это может быть как и шедевр Шуховской архитектуры, так и культовое наследие), мы зачастую не видим ни названия этого объекта, ни даты, когда он был построен. Отчасти поэтому ценность, значимость этих объектов не так видна даже тем людям, которые живут вокруг. Вот мы приезжали в экспедицию в усадьбу Орловых-Давыдовых в Дальнеконстантиновском районе. У нас было двадцать участников, каждый – с фотоаппаратом, каждому хотелось зафиксировать то, что мы обнаружили. Реакция местных жителей была такова: «Что вы здесь делаете? Зачем вы здесь фотографируете?».

Татьяна Виноградова:

- Потому что вокруг – бурьян, наверно, да?

Галина Филимонова:

- Была сказана такая фраза: «Это не Париж! Здесь не надо снимать, что вы здесь нашли такого?». И в этом был ключ. Мы понимаем, что это не Париж, но это места памяти, и зачастую мы видим действительно шедевры архитектуры, если говорить об усадьбе Пашковых, например, в Гагинском районе. Или совершенно неожиданно Татьяна Павловна показывает на очередном семинаре конструкции Шуховские… Мне кажется, Нижегородская область – это жемчужина таких находок, совершенно неожиданных, потому что никто не ждет от этого места чего-то необычного, но тем не менее они появляются. И неоднократно, Татьяна Павловна, мы приглашаем Вас в качестве эксперта и очень хотелось бы продолжать это делать.

Татьяна Виноградова:

- Я Вам очень благодарна, и мне с Вами дружить просто очень приятно. Мне очень близко, и я очень высоко оцениваю всё, что Вы делаете. А сейчас, поскольку мы заговорили о Шухове, и идёт жонглирование этой фамилией, мне просто очень хочется поговорить немножко о нём тоже. Тем более, что сейчас мне это не просто близко, а я только что приехала из Выксы, где была на очень высоком уровне организована довольно узкая научно-практическая конференция, посвященная сохранению шуховских сооружений в Выксе. А это очень интересный момент. Почему мы говорим: «Шухов и Выкса»? Выкса – вообще такой провинциальный, правда, промышленный городок Нижегородской области. Почему фамилия Шухов, почему гениальный инженер оказался в Выксе? Выкса и Шухов – тема интересная, но, пожалуй, ещё более интересна тема Нижний Новгород и Шухов и, вообще, Шухов. Вы знаете, недавно совсем, Галя, вышла книга в Италии «Антология лучших архитекторов мира XX века». Шухов – это инженер, он никогда себя не считал архитектором, и никто из его современников не считал Шухова архитектором. И вот я листаю этот альбом. Я вижу очень много фамилий, и от России в качестве лучшего архитектора вошёл один единственный Шухов. Он создавал такие совершенные формы, что сейчас прошло уже много десятилетий, и мир понимает профессиональный, что интереснее Шухова никого нет. То, что сейчас появляются современные постройки, которые восхищают, я имею ввиду такие висячие конструкции Мюнхенского стадиона, телевизионную башню в китайском городе Гуанчжоу, башню в Дохе (столица Катара), такие громадные капли-оболочки и т.д. Это всё шуховские проекты, точнее – это всё развитие идей Шухова, но уже на современном этапе. И вот почему я сказала, что интересна тема – сам автор Шухов. Вы знаете, мы привыкли жонглировать словом гениальный. Я постоянно слышу, говорят о ком-то, о какой-нибудь поп-звезде, звезде шоу-бизнеса, какой он гениальный. Он не гениальный. Это меня немножко раздражает. Потому что «гениальный» – это то, что выходит на грани возможностей человека. Для примера, Пушкин – гениальный, а Тургенева я бы назвала выдающимся. Очень аккуратно. Леонардо да Винчи – гениальный. Так вот Шухов – гениальный. Шухов – великий инженер, великий архитектор. Поэтому он интересен невероятно. Плюс к этому, у него есть черты или качества, которых нам сегодня очень не хватает, которые нам сегодня необходимы. Он и гражданин, он столько сделал для России, так самоотверженно работал на неё, поэтому сегодня очень важно. Когда я рассказываю о нём студентам, молодым людям и показываю его сооружения, я смотрю, что это никого не оставляет равнодушным. Кажется, что рассказывают о какой-то ерунде, а на самом деле разговор очень серьёзный. А почему ещё Шухов и Нижний Новгород? Шухов изобретал котлы, первый трубопровод в России, крекинг нефти – это всё Шухов, но Шухов, в первую очередь, интересен как создатель уникальных строительных конструкций. Он создал то, чего мир до него не знал. Он изобрёл и продемонстрировал их миру именно в Нижнем Новгороде. Вы понимаете, почему в Нижнем Новгороде?

Галина Филимонова:

- Я понимаю, что в конце XIX века был золотой век для Нижнего Новгорода.

Татьяна Виноградова:

- И для России вообще золотой век.

Галина Филимонова:

- Именно таким кульминационным моментом было открытие Всероссийской торгово-промышленной выставки на Нижегородской Ярмарке.

Татьяна Виноградова:

- Я очень не хочу, чтобы звучало вот так, потому что Ярмарка к выставке никакого отношения не имела.

Галина Филимонова:

- Разве территория Ярмарки не была площадкой для этой выставки?

Татьяна Виноградова:

- Ничего подобного. Это совершенно разные территории. Я очень хочу, чтобы не получилось неправильной мысли. Ярмарка попадает в Нижний Новгород в 1817 году, Бетанкур её создаёт. И она работает независимо. Она притягивает невероятно людей, мир. В Нижнем Новгороде в 10 раз увеличивается количество населения, когда она работает. Но это Ярмарка. А вот весь XIX век – это век выставок. Америка устраивает свои выставки, Германия – свои, Индия – свои, Париж – свои. Это выставка 1889 года, когда появляется Эйфелева башня. Это башня выставки. Это «гвоздь» выставки. И Россия не отстает, она тоже – в этом процессе. И Россия устраивает Всероссийские выставки. Ярмарка никакого отношения к этому не имеет. Выставки идут сначала каждые два года, начиная с 20-х годов XIX века. Первая площадка – это Петербург, вторая – Москва. Они всё время чередуются. Поле Ходынское – как раз поле для Всероссийской выставки, где 15-я по счету выставка проходила в 1881 году. Никогда губернский город в этом не играл. И вот Нижний такой потрясающий город – ключ России, это понимает умный человек Витте. И он дает совет Александру III, который очень ценил Витте, провести очередную выставку – 16-ю – на другой площадке, на которой никогда её не было – в Нижнем Новгороде. И выбирают не ярмарочную территорию (Ярмарка сама по себе параллельно работает), а выбирается громадный пустырь, на котором никогда ничего не было. Это территория современного сада имени Первого мая. Это уже совсем другая территория. И там лучшие архитекторы России (и только России, потому что это была российская выставка, никого чужого не было), разрабатывали её генплан и создали то, чего никогда не было. Это было всё необыкновенно. И когда Вы говорили: «Это не Париж!». Так вот в Нижнем Новгороде создан был «Париж». И когда мы смотрим на панораму той Всероссийской выставки, никто ничего не понимает, никто не понимает, что это – Нижний Новгород. Говорят, что это – Париж, потому что здесь – и колоннада, и пруды, и фонтаны, которые бьют на 20 метров, и необыкновенные павильоны, которые делал Померанцев (тот самый архитектор, который создавал торговые ряды на Красной площади в Москве). Всё это необыкновенно. И вот причём тут Шухов? Это выставка, и нужно было перекрывать громадное пространство. Самое сложное для инженера – создать покрытие, которое давало бы площади в несколько тысяч квадратных метров, чтобы покрывало всё пространство. Тем более что не было и конструкционных материалов для этого. И вот фирма, где работает Шухов, это московская строительная контора инженера Бари, берётся за то, что самые крупные выставочные павильоны будут ими спроектированы. И Шухов создает и выплёскивает идеи в Нижнем Новгороде. Он создает и металлическую мембрану, и жесткие метрические своды, те висячие конструкции, которые никогда мир не знал до него. И в Нижнем Новгороде появляется первый в истории гиперболоид. Все знают Шаболовку в Москве – радиобашню, но первая гиперболоидная башня высотой 32 метра появилась в Нижнем Новгороде вот на этой новой площадке.

Галина Филимонова:

- Это очень сильно подходит к проекту «Места памяти Нижнего Новгорода и Нижегородской области», потому что парк имени Первого Мая уже сейчас никак не ассоциируется с тем, что происходило, и, наверное, память об этой выставке сохранилась только на старых фотографиях.

Татьяна Виноградова:

- И фонтанов уже нет таких, и уже ничего нет такого.

Галина Филимонова:

- Хотя крупицы того времени мы находим на разных местах абсолютно. Тот же Московский вокзал, который встречал императора Николая II. Нам удалось посетить «царский павильон», который взял на баланс крупный собственник – ОАО «РЖД», и они смогли сделать потрясающую вещь, на мой взгляд, воссоздать объект. Понятно, что речь о реставрации уже не шла, потому что в советское время, говорят, что там были кассы, была больница. И весь тот блеск был утрачен, но то, что сделали представители «РЖД» достойно всяких похвал, хотя опять же человек, который захочет зайти и на это посмотреть, не может сделать это сам, он вынужден обращаться с помощью письма в орган, который разрешит посмотреть этот памятник. И мне было приятно услышать, что к этому объекту имела отношение Татьяна Павловна Виноградова.

Татьяна Виноградова:

- А я как раз хотела сказать, что с Вами не просто приятно дружить, а с Вами еще и полезно дружить. Этот совершенно дивной архитектуры, «игрушечный» павильон рядом с Московским вокзалом – это знак Всероссийской выставки. Он был построен ко Всероссийской выставке 1896 года специально для приёма царя. Но в советское время это были кассы, он был такой запущенный, и ничего не напоминало ни о Николае II с его супругой, ни о таком блеске того времени. И Вы знаете, никогда бы я туда ни попала. В своё время был такой Омари Хасанович Шарадзе, который ведал Горьковской железной дорогой. Человек, которого я очень уважаю, это очень яркая личность. Помните его, наверное. Это была его идея возродить этот павильон. Он стоял за этим. Я, по его просьбе, ездила в Петербург и искала в архиве строительные чертежи. Я нашла их и передала Управлению железной дороги, но никогда не попадала внутрь. Я не видела, что получилось. И только благодаря дружбе с Вашей программой, с Вашим проектом я оказалась внутри и увидела, как это всё сделано прекрасно и как это все отреставрировано. Это очень важно, когда воссоздается памятник вот той эпохе, причем очень тщательно, очень чисто, очень красиво. У нас не так много таких объектов. Так что это замечательно.

Галина Филимонова:

- Это одна из проблем, с которой приходится сталкиваться, когда мы не просто говорим, а когда мы действуем. Когда нам нужно попасть в это место, мы должны придти с камерами, с людьми, я понимаю, что нас не должны выгнать, поэтому нужно договориться заранее, понять, что нас пустят туда, откроют дверь и будут рассказывать.

Татьяна Виноградова:

- Знаете, что ещё интересно в рамках Вашего проекта. Вы привлекаете не только нижегородцев. К Вам же приезжают. Вы популярны, Вы интересны и к Вам тянутся. И Вы как магнит притягиваете людей из других регионов. Я знаю, что недавно приезжала из Беларуси необыкновенно интересная женщина с интересным докладом. И вот это впечатление разносится позитивное, вот такая информация, увиденная своими глазами, она разносится по всей стране.

Галина Филимонова:

- Здесь просто был Международный семинар, который фонд взялся организовывать, и, понятно, что были люди из разных городов и стран, и хотелось бы показать что-то такое, что не является туристическим маршрутом, что люди самостоятельно не смогут сделать, т.е. нужно было показать для чего нужен фонд «Дать Понять». Мы не совершаем экскурсии. Мы не проводим их, этим занимаются совершенно другие люди. И потом любой человек, который приезжает в чужой город, он так или иначе попадает на вокзал, и вокзал является таким проходным местом, которое мало кого затрагивает. Человеку, как правило, хочется быстрее уйти оттуда. А меня, надо сказать, всегда интересовал вопрос, а что это за здание, почему вдруг рядом с вокзалом есть маленький дворец. Мне не давал покоя этот вопрос, и я обращалась к своим родственникам более страшим, они отвечали, что там были «КАССЫ». Но для касс это как-то странно, и мне захотелось самой этот клубочек размотать. Поэтому здесь просто всё совпало: были люди из разных городов и стран, была возможность туда попасть и посмотреть всем нам вместе. Это как раз такое место памяти: этот объект сохранился, но нам, чтобы понять, что это такое, нужно разматывать клубочек очередной. И есть ещё одна проблема, в рамках проекта всплывающая и неоднократно. Мы взяли за основу «Государственные списки памятников истории и культуры Нижегородской области». Это издание вышло в 2000-м году, содержит оно 800 с лишним страниц, и к нему каждый год добавляют вновь выявленные объекты. В 2001-м вышел еще один сборник, следующий – 2008, 2010, часть информации опубликована на сайте Правительства Нижегородской области разными структурами, которые в разные годы по-разному назывались, это и Департамент по охране культурного наследия, и Управление госохранкультуры и т.д. И вот я рассказывала коллегам о таком социокультурном феномене, который сейчас очень популярен в Европе. Это «психогеография». Термин придумал Ги Дебор, который обосновал, что есть психогеография. Это давление некоего географического фактора на место и на эмоции людей. И, в дальнейшем, на их судьбы. И всё это переплетено, и чтобы это понять, нужно своими ногами прочувствовать «старые камни».

Татьяна Виноградова:

- Но этот принцип не работает.

Галина Филимонова:

- Ги Дебор предлагал проверить, работает он или нет, поставив на карту стакан и обведя карандашом получившийся круг, а впоследствии по этому маршруту просто пройти. Мне показалось, что это красиво звучит теоретически и образ стакана меня тоже порадовал, но мне захотелось в роли стакана использовать государственные списки, которые лежат, скажем так, мёртвым грузом. И зачастую мы не знаем в реальности существуют эти памятники или нет. И я сделала следующее: я всё тщательно переписала и опубликовала на сайте. В первую очередь, я получила звонок от странных людей, которые предложили мне убрать это всё со своего сайта и даже спросили, сколько это стоит – убрать информацию. Но я им ответила, что у меня таких расценок нет, если я это опубликовала, значит, это уже существует. Потом я ссылаюсь на конкретные источники, они доступны и другим людям, не только мне. Деление было сделано по каждому району Нижегородской области, а их 50 с хвостиком, и было предложено всем, кто живет в Нижегородской области предоставлять свои материалы, как тексты, так и фотографии тех объектов, перечисленных мной. Подкрепила я свою инициативу теми сведениями, которые мы собрали в ходе наших экспедиций, т.к. мы сами совершаем в год по несколько поездок, у нас есть свои эксклюзивные материалы, фотографии, интервью, архивные данные, и я начала выкладывать то, что насобирала сама, мои коллеги и друзья.

Татьяна Виноградова:

- Идея очень хорошая!

Галина Филимонова:

- А в дальнейшем получился совершенно неожиданный отклик от людей, которых я не знала и никогда бы и не узнала. И когда мне говорят, что нет никакого гражданского общества и никому это не интересно, это не работает на практике, я этому не верю, потому что я работаю и у меня есть обратная связь.

Татьяна Виноградова:

- Галя, Вы говорите сейчас об этом, а я думаю о том, что можно говорить «гражданское общество» и повторять сколько угодно, но никогда его не будет просто от этих слов.

Галина Филимонова:

- Совершенно верно.

Татьяна Виноградова:

- А когда Вы людей втягиваете в этот процесс - это как раз то, что способствует формированию гражданственности. Сегодня, когда мы гуляли по городу с молодыми архитекторами и дизайнерам из Екатеринбурга, которые приехали сюда, увидев в интернете (в интернете, вообще, много плюсов, конечно) информацию о том, что будет обсуждаться судьба Шуховских конструкций в Выксе, они сели на машины и приехали из Екатеринбурга в Выксу, и они внутри вот этого процесса. А потом я посоветовала им посмотреть Нижний Новгород. И я видела, какая у них была реакция, как они открывали для себя город, и какой восторг у них вообще был! Для меня это был просто подарок. И я понимаю, что наш город – это ключевой город в российской истории. В России второго такого нет. Об этом можно говорить, это другая, может быть, тема. Это к вопросу о методе преподавания истории. Я делаю такой факультатив «Отечественная история», но я её стараюсь читать так, чтобы она не была просто набором фактов, а чтобы она проходила через твою собственную судьбу, чтобы человек чувствовал, что она ему близка и доступна. Допустим, мы пошли погулять по Нижегородскому Кремлю, и мы видим следы наших императоров, которые были здесь. Или вот сейчас мы в здании Арсенала – это Николай I, здание губернатора (художественный музей) – Николай I, а рядом – его мама Екатерина II. Дом недостроенный я им показывала: дворец вице-губернатора есть, а губернатора – нет, потому что приехал обиженный и не очень любящий свою маму сын, и он перечеркнул это строительство. Понимаете, всё это очень интересно, потому что когда ты ощущаешь историю и ответственность свою собственную за то, как она пойдет, тогда другое к ней отношение. Вы делаете великую вещь, потому что Вы втягиваете простых людей в этот процесс, им это интересно и важно. Они понимают, что важно знать, а значит, и важно сохранять и дать понять – это важно.

Галина Филимонова:

- Здесь очень интересный момент. Есть пласт активных людей, который выявился. Это активные люди, которые не только фотографируют объекты или собирают информацию в библиотеках. Это еще и люди, которые замечают, что происходит что-то не то и дают сигнал. Есть потрясающий пример. Это Кстовский район. Деревня Зимёнки. В свое время там была усадьба Башкировых. Это место попало в Реестр как памятник культуры, потому что там одно время жил Алексей Толстой, который писал там «Петра I». В советские годы там был санаторий.

Татьяна Виноградова:

- Вы знаете, мне всё это так близко! Вот Вы говорите, там был санаторий. Мой отец, у которого было больное сердце, далеко не ездил, а лечился в Зимёнках. Он отдыхал там, а мы с мамой жили рядом в этой деревне. И этот санаторий я помню, его дорожки дивные совершенно, павильоны деревянные, корпуса, которые сохранились еще от Якова Башкирова, от тех времен. Место живописное, потрясающее!

Галина Филимонова:

- Я сама там не была. Я переписывала Реестр и внесла в списки этот объект – усадьбу Башкировых. И в результате я получила письмо из Зимёнок: мне сообщают о том, что вся эта территории шикарная перегорожена, в том числе перегорожен и парк, причем, там памятник природы регионального значения. Это прекрасный парк с удивительным видом на Волгу, и жители очень гордились им, не говоря уже о самой усадьбе (или назовем санаторием этот объект). Люди не понимали, что стало происходить. Там появились заборы вокруг охраняемого объекта, который не исключен ни из каких реестров, там просто стали появляться коттеджи. И люди стали давать сигналы в прессу, обращаться к своим депутатам, но почему-то не выходила информация дальше круга тех людей, с которыми они были знакомы. И я решила опубликовать на сайте этот материал, т.к. они предоставили фотографии, они предоставили исторический срез и показали, что происходит сейчас. А также мне захотелось понять, кто стал владельцем этого объекта и насколько реально эту судьбу изменить. Но, как выяснилось, территорию передали Нижегородской Епархии, и там сейчас находится владыка Нижегородский, который строит там объект свой собственный, и вход на территорию запрещен. И без согласования с Епархией фонд «Дать Понять» туда тоже не может пробраться. И вот вопрос: как получить информацию об этом? Она закрыта для широкой публики. Об этом знают только люди, которые живут по соседству. Но эти люди, которые хотят сохранить вид на Волгу (ведь они хотят только наслаждаться видом, они не хотят миллионов или миллиардов чего бы то ни было), им просто нужно вернуть комфорт своей жизни. При этом они не могут даже сообщить об этом кому-либо, не могут сделать публичным этот момент. Но вот наш проект решает и такую задачу тоже, потому что он не подчиняется каким-либо властям или епархиям, т.е. здесь есть возможность рассказать о том, что происходит, и не важно, кто руководит эти всем делом. И следующая тема, которая в проекте тоже всплыла, когда мы начали ездить и когда мы начали принимать информацию от людей, оказалось, что этот Реестр, мягко скажем, не соответствует реальности. В лучшем случае, допущены ошибки в именах владельцев, когда усадьба Грузинских-Стоговых называется усадьбой Грузинских-Строгановых, а в некоторых случаях эти объекты отсутствуют вообще, то есть их просто нет. Как объекта, построенного в 1799 году. Я сейчас говорю о селе Тольский Майдан Лукояновского района, куда мы только что совершили экспедицию.

Татьяна Виноградова:

- Вы знаете, мне так приятно слышать Вас с Тольским Майданом! Потому что, Тольский Майдан мне близок просто невероятно. Я его сама для себя открывала. Я не знаю, Галя, говорила я Вам об этом или нет, но официально известно, что Тольский Майдан – это родина предков Добролюбова. Он там бывал, у него отец родился в Тольском Майдане, его дед служил в Тольском Майдане. Поскольку я дальний родственник Николая Александровича Добролюбова, то, когда я работала над книгой «Нижегородская интеллигенция», я знала о том, что есть такое село Тольский Майдан, но я не знала где это и что это. Но сидит во мне, знаете, авантюрная жилка такая, и я беру билет до Тольского Майдана, а это довольно далеко. Я сажусь на автобус, я беру с собой в термосе кофе и бутерброды, и не знаю, куда я еду. Тогда не было такого проекта «Дать Понять», и я делала это одна и, в общем, наверное, это где-то и рискованно было очень. Но когда ты делаешь такие шаги, то потом ты вознаграждён: ты знакомишься с людьми, которым всё это интересно… Был такой учитель истории, его уже нет, Милёхин, который основал музей в Тольской Майдане. И появился у нас сразу такой человеческий контакт, и мне всё это очень близко. И сейчас тоже родственница Добролюбова – молодая и красивая женщина-архитектор Зоя Рюрикова сделала проект церкви. Кстати, мы сейчас были в Арсенале и видели выставку такую воздушную, архитектурную, она в ней тоже принимала участие. Кстати, Вам удалось заснять те работы, которые на этом месте шли? Вы снимали в Тольском Майдане?

Галина Филимонова:

- Да, конечно. Я написала об этом статью для газеты «Нижегородские новости», она уже опубликована. Да и на сайте Вы можете прочитать, причем, там в Ваш адрес много очень хороших слов, потому что, как я поняла, именно Вы составили чертежи и нашли архивы, как выглядел этот объект, и уже дети в школе на уроке труда создали макет, который у них стоит в музее. Да, серьёзно, там очень мощная работа проведена, причем здание музея стояло на балансе колхоза им. Калинина, который стал разваливаться, здание перестали поддерживать и отапливать. Понятно, что нужно было спасать объекты. И в роли спасателей выступили учителя школы, и они перенесли экспозицию музея в школу. И благодаря этому, как мне рассказала учитель истории Любовь Быкова, им удалось сохранить и школу саму по себе. Сельские школы сейчас закрывают...

Татьяна Виноградова:

- Вы сейчас говорите об очень больном процессе, который идёт в России. Вот когда я слышу, что закрыли столько-то школ… Сейчас это измеряется тысячами, это не две или три школы! Потому что подушное финансирование – это очень страшный процесс. Россия всегда была жива провинцией, именно деревня и село давали самых мощных людей, сильных личностей России. Вот я думаю, что раньше в деревне школ не было, допустим, в середине XIX века. Но богатые жители села или те, кто уехали уже в город, но жили в этом селе, понимали, что нужно не просто просвещать, а образовывать своих сограждан. И они на свои деньги строили какую-нибудь маленькую школу, содержали здание, платили учителям… Мы говорим о побочном финансировании. Пусть 5 или 10 учеников – в первом классе и втором, но это была возможность не просто обучать грамоте, а образовывать людей, способных жить дальше и давать выброс интеллектуальной энергии. Это был позитивный процесс, то, что мы с Вами назвали золотым веком и дало такой интеллектуальный выброс. И Россия действительно расцвела. Другое дело, конечно, был XX век: революции и войны, когда всё просто печально было. Когда мы, кстати, говорили о выставке 1896 года, её главным экспертом был Менделеев, которого я бы тоже назвала великим. Его статьи о выставке нашей очень высокие, очень продуманные. Он говорил, что ни одна выставка ни одной страны, которые работали на потребу населению, не была столь интеллектуальной, как нижегородская. Она и вошла в историю с термином Великая всероссийская, потому что очень серьёзно просвещала людей. Мой дед, который тоже писал об этой выставке, говорил, что её посетили 5 миллионов человек, которые получили знания, получили информацию, которую разнесут по всей России. Менделеев утверждал, что через 50 лет Россия будет впереди всей планеты. А через 50 лет – Вторая мировая война! Подъём этот кончился или, точнее, не шёл, как хотелось бы, но сельские школы делали очень много. Процесс закрытия сельских школ очень негативно отзывается и отзовётся. И вот мы сейчас говорили о Тольской Майдане: какие там прекрасные учителя!

Галина Филимонова:

- Там потрясающие учителя!

Татьяна Виноградова:

- Они все энтузиасты, люди чистой души. Они очень любят детей, и они даже готовы были, когда встал вопрос о спасении школы, брать в свои семьи детей, усыновлять или как-то брать на воспитание. Для того, чтобы те тоже шли в школу, чтобы в системе подушного финансирования школу не закрывали. Они самоотверженны невероятно. И, конечно, я готова делать всё для того, чтобы помочь этой прекрасной школе. Она и отремонтирована хорошо, и уровень очень хороший. Среди моих приятелей есть Толя Брагов, крупный профессор, которого знают на мировом уровне. А он сам из Тольского Майдана и учился в этой школе и получил прекрасную математическую подготовку. Этот процесс очень больной и надо делать всё аккуратно.

Галина Филимонова:

- Для Тольского Майдана ситуация разрешилась благодаря Вашему вмешательству.

Татьяна Виноградова:

- Ну, нет. Это Вы меня переоцениваете. Просто учителя школы ко мне хорошо относятся, и так Вам сказали.

Галина Филимонова:

- Они считают, что школу спас Добролюбов. Эта фраза записана у меня на диктофон. Это, конечно, метафора. Всего у них 40 учеников осталось, но они сказали, что после того, как построят церковь и будет создана некая туристическая площадка, Тольский Майдан войдет в маршрут: Нижний НовгородАрзамасЛукояновБольшое Болдино.

Татьяна Виноградова:
- Очень важно, когда человек, который оказывается во власти в каком-то регионе или где-то ещё, чтобы он сам любил вот это дело. Я знакома и общаюсь с главой администрации Лукояновского района, а это человек сам из Тольского Майдана. Он был председателем колхоза в Тольском Майдане, у него душа болит, когда он видит то, что уничтожается. Богатое место, это чернозём, вообще, юг Нижегородской области – это кладовой сельскохозяйственной может быть. Но вот эти разрушенные колхозы, эти пустующие фермы… Молодые мужчины уезжают на заработки в Москву. Работать охранниками. Это такой отходной промысел. Но когда молодой мужчина уезжает надолго из своей семьи – это потенциально развал семьи, это вообще не тот труд, которым он должен был заниматься. Он должен работать на своей земле, он должен её благоустраивать, а не охранять богатство кого-то там в Москве. Это тоже такая российская проблема очень тяжёлая. Так вот почему я говорю об этом человеке. Просто он очень много делает, для того, чтобы его земля жила и жила благополучно, он любит это делать. В Тольском Майдане он способствует тому, чтобы церковь восстанавливалась, чтобы школа работала, и это замечательно. Я очень его уважаю.

Галина Филимонова:

- На самом деле, этот пример выявляет потребность любого села найти какую-то связь со своими корнями. Понять, что это значимо и ценно. На примере любых объектов, которые мы посещали. У нас была такая интересная экспедиция в Сергачский район, мы ездили в село Игнатово, где четыре месяца своей жизни провёл Рахманинов.

Татьяна Виноградова:

- Как мне хотелось бы там побывать!

Галина Филимонова:

- На данный момент в Реестр памятников включен парк, но ни одного архитектурного объекта до наших дней не дошло.

Татьяна Виноградова:

- А парк в каком состоянии сейчас?

Галина Филимонова:

- Там необычный ландшафт. Это река Пьяна, бывшее русло реки Пьяны. И совершенно необычная трехступенчатая гора, на вершине которой расположено кладбище. На нескольких уступах в своё время располагались парк, усадьба и церковь. Это усадьба генерала Скалона, который был известен во всей России. Он родственник Рахманинова. Приехав туда и не зная, что это за место, очень сложно догадаться, потому что даже на месте усадьбы на фундаменте построен дом чиновника, но он не достроен. Возможная причина того, почему не сложилась судьба этого строительства: он не на том месте начал возводить.

Татьяна Виноградова:

- Это очень созвучно нашей прогулке по Нижнему Новгороду. Мы проходили мимо гостиницы «Россия», которая не так давно была построена, но сейчас она стала руинная. Но дело в том, что она была построена там, где стоял невероятной красоты Георгиевский храм в память основателя Нижнего Новгорода. Причем это нарышкинское барокко. Так вот, этот храм был взорван, и у меня такое ощущение, что ничего больше не стоит на этом месте. Мне кажется, что есть что-что, и нужно быть с этим очень осторожным, аккуратным.

Галина Филимонова:

- Усадьба генерала Скалона – как раз такой показатель, потому что человек вложил свои силы, время и деньги, мечтая о своем особняке, но в результате, по слухам, он либо за решёткой оказался, либо в мире ином. Когда мы приезжаем туда, мы видим только его объект недостроенный, скрипучие ставни и заброшенность как таковую. А сам парк полностью перерыт. Видимо, судьба генерала Скалона, богатого человека, не даёт покоя тёмным искателям, и поэтому сказать, что этот парк кем-то охраняется, тоже нельзя, он полностью вырыт и там до сих пор продолжаются раскопки. Судьба Скалона покрыта мраком. По одной из версий, его расстреляли прямо в этом селе, по другой – он уехал, эмигрировал. Об этом я сделала небольшую заметку и опубликовала её на сайте, и мне написали потомки Скалона. Понятно, что когда они сидят в интернете, они в поисковой системе не забивают «Нижний Новгород» или «Дать Понять», если их интересуют «Скалоны». Они попали на эту статью. Причем, один потомков – из Барнаула, другой – из Санкт-Петербурга, а третий – из Аргентины. С помощью маленькой публикации, заметки и ряда фотографий мне удалось показать то, что их интересовало, как выглядит усадьба сейчас, можно ли это как-то вернуть, приобрести и что с этим вообще можно сделать. Мне, в свою очередь, интересно было понять, куда же делись Скалоны. Выяснилось, что они сначала эмигрировали в Чехию, в Прагу, а во время Второй мировой войны – перебрались в Аргентину. В мае 2010 года скончался внук Дмитрия Скалона – Владимир, который возглавлял православную церковь в Америке. Как раз тот потомок, у которого сохранился большой архив, в том числе и портрет генерала Скалона.

Татьяна Виноградова:

- Это потрясающе. Это колоссальный успех. Это необыкновенно. То, что Вы сейчас рассказываете с сайтом. И Рахманинов! Аккуратно насчёт гениальности, но Рахманинов – это величина из величин. Это, пожалуй, очень яркий и пианист, и композитор современности. И наверняка, какие-то новые страницы рахманиновские открываются. Я сейчас подумала вот о чём. Я работаю на кафедре ЮНЕСКО, и я привыкла к тому, что звучит тезис ЮНЕСКО: «Устойчивое развитие планеты». Я сама ощущаю насколько узкий наш мир, и как маленький шарик вообще, и как его раскачивает по всем параметрам, потому что тут и энергетически, и вмешательство природы, и человеческие отношения. Это вообще всё ведет к гибели. А вот процесс, который Вы затеяли, он способствует устойчивому развитию, он очень позитивно объединяет людей планеты. Мне даже кажется, что Вы недооцениваете, какую великую вещь Вы делаете.

Галина Филимонова:

- На самом деле благодаря ряду примеров, я сейчас не буду остальные приводить, понимаешь, что конкретная географическая точка «Нижний Новгород» или «село Ивашевка» – это не просто точки на карте. Через них пронизаны судьбы других людей, которые разъехались по всему миру и чтобы, допустим, собрать информацию о той же усадьбе генерала Скалона, нужно было пообщаться с большим количеством людей, которые живут в других странах. И это даёт возможность понять, что мы не точка, а мы – некий объем.

Татьяна Виноградова:

- Шарик большой. И точки самые разные. Я убеждена, хотя научных исследований никто не проводил, но у нижегородской земли – особая энергетика. Не случайно гениальному Пушкину так как в Болдине нигде не работалось, Рахманинову нижегородская земля пригодилась невероятно, Шухов творил на нижегородской земле выбросом гениальным. Дальше возьмите 1836 год – маленький Нижний Новгород, где население около 30 тысяч. Здесь появляются на свет три выдающихся человека: Добролюбов, Боборыкин (незаслуженно убран с полки книжной, хотя я его очень высоко оцениваю) и Балакирев, гениальный Балакирев, который направляет русскую музыку по определенному пути. Зазвучала русская классическая опера. Хотя Балакирев и не композитор оперы, но он идеолог, он необыкновенно яркий. И всё в один год на маленьком пространстве старого Нижнего Новгорода появились три таких ярких человека. Это еще одно подтверждение того, что нижегородская земля – особенная.

Настоящая публикация размещена на сайте Галины Филимоновой в рамках проекта «Места памяти Нижнего Новгорода и Нижегородской области»

...читать дальше
Еще на тему
Сюжеты:
  • Гоголь в Нижнем
  • Места:
  • Нижний Новгород
  • Организации:
  • школа
  • Другое:
  • архитектура
  • историческая память
  • история
  • О проектеКонтактыПредложить тему
    © 2013 - 2016 «Говорящие головы»
    Региональная общественная организация «Общественная комиссия по сохранению наследия академика Сахарова» (Сахаровский центр) решением Минюста РФ от 25.12.2014 года №1990-р внесена в реестр организаций, выполняющих функцию иностранного агента. Это решение мы обжалуем в суде.